Гия о ром к(о) бэнгеса жиндя и йов пэ лэстэ ракирла: "Кон амэндэ туса зоралэдыр?"
О ром ракирла: "Мандэ си папу, и одава тут узборинэ". (поборинэла) И
гия ёв дро вэш, и яндя лэс (бэнгэс) ко рич: "Мандэ си папу, и одава тут
справинэ". - Адава тиро папу? - "Нэ-ка, ушты-ка, папу! Нэ-ка, лэ лэс!" И лыя
лэс, о бэнгэс, и поборинэ и попхагия лэскирэ кукалы, (кокалы) и насилу
вырэскирдяпэ. И явья кхэрэ, и пхэнэла па датэ: "Мамулэ, мурш!" А э дай уже ракирла:
"Кфул, мро чаво!" И опять ракирла (бэнг): "Кон амэндэ туса прыткедыр?" (сыгыдыр)
- Мандэ исы чаворо, трин дывэс выгия лэскэ, - и одова тут обтрадэла. И яндя
лэс ко вэш и поддыкхя зайцос шошой и пхэнэла: "Догони-ка лэс!" ("Дорэс-ка
лэс!") И ёв гия, и одро якха на дыкхя. И явья кхэрэ кэ дай и ракирла: "Мурш,
мамулэ!" А ёй ракирэла: "Нанэ мурш - кфул". Ёв ракирла: "Давай-ка, кон громкедыр
свиснинэ!" О бэнг коли свисниндя, так и дрэвэндыр о листя посыпались. (Каштэндыр
патря попынэ) О ром ракирла: "Нэ, какана ту запхандлэ о якха: какана мэ
лава тэ свищинав!" И лыя киё (дэсто) и мэкхя лэс адро шэро. О бэнг пхэнэла:
"О, полно, полно, Авэла! На свишинэ, а то мангэ якха по чикат джана". Явья кэ
дай: "Мамулэ, мурш! Коли лыя тэ свищинэ, то якха мирэстыр чикатэстыр ухтлэ исыс
аври!" И ёв какана пэ лэстэ ракирла: "Явэн-ка кэ ту у гости!" - Нэ, дынэ андрэ
и джана и подгинэ ко шатра, и о чаворэ прастана, гилендэ: и о пэра нангэ и калэ,
сыр сапа. И о бэнг ракирла: "Кон адава прастала?" А ёв уже ракирла о ром: "Адава
о янголы, (ангелы) пал тро ди прастана". И тоды ухтя телегатыр (бэнг)
и заболмочиндя и насьтя.
Перевод сказки опубликован в книге: Сказки и песни, рожденные в дороге: Цыганский
фольклор. Сост., запись, пер. с цыганск., предисл. и коммент. Е. Друца и А.
Гесслера, отв. ред. Л.Н. Черенков. - М.: Гл. ред. вост. л-ры изд-ва "Наука",
1985. - 520 с.
34. Как батрак к черту нанялся (С. 192-193)
[192]
Пошел цыган жить к черту. Тот говорит ему:
- Давай померяемся, кто из нас сильнее.
- Что мне с тобой силой мериться? - отвечает цыган. - У меня дед есть, так
даже он тебя в борьбе победит.
Пошел цыган с чертом в лес. И привел его к медведю:
- Вот мой дед, он с тобой и справится.
- Этот?
- Он самый. А ну-ка, дед, поднимись! Ну-ка возьми его!
Взял медведь черта, повалил, изломал ему кости. Едва черт вырвался, домой
наутек пустился. Прибежал к матери и говорит:
- Матушка, смотри какой цыган молодец,- и рассказал все. Мать послушала и
отвечает:
- Какой он молодец, сынок,- дерьмо!
Побежал снова черт к цыгану:
- В силе ты меня, цыган, победил. Давай теперь в быстроте померяемся.
[193]
- Что мне с тобой в быстроте мериться,- отвечает цыган,- есть у меня сынок,
три дня ему от роду вышло, он тебя обгонит.
Пошли они снова в лес. Заметил цыган зайца и говорит:
- Смотри, черт, вот он, мой сынок. А ну-ка догони его! Заяц как припустил,
только его и видели. Прибегает черт домой к матери и говорит:
- Матушка, смотри какой цыган молодец.
- Да какой он молодец, дерьмо он, твой цыган. И снова побежал черт к цыгану:
- А ну-ка, цыган, давай попробуем, кто из пас громче свистнет.
Как свистнул черт, так все листья с деревьев посыпались. Цыган и говорит:
- Ну что ж, теперь мой черед. Только ты, черт, глаза завяжи, когда я свистеть
начну, а то у тебя глаза повылезут.
Завязал черт глаза, а цыган схватил дубину и хвать черта по башке.
Черт заорал:
- Полно, полно, цыганок, не свисти, а то у меня глаза повылезут.
Прибежал черт домой к матери:
- Матушка, какой цыган молодец, как свистнул, так у меня глаза чуть не повыскочили.
Говорит мать черту:
- Какой он молодец, дерьмо одно... Вернулся черт к цыгану:
- Хочу я, цыган, к тебе в гости поехать. Запрягли они лошадей и едут. Подъезжают
к шатру, а навстречу цыганята бегут, песни распевают. Пуза у них голые, а сами
они черны, как ужи. Испугался черт и говорит:
- Кто это бежит к нам?
- Это,- отвечает цыган,- ангелы за душой твоей бегут.
Как слетел черт с телеги, за голову схватился и прочь побежал.
Сказка № 6. Бэнг и пхури (С. 10-11)
Сыр жиндя гажо гадяса трианда (30) бэрш, и ниекхвар ёв ла на мардя. И камья
о бэнг тэ розлыджал, соп тэ мар о ром э ромня, и триянда бэрш и на произвендя
(не произвел), и дыя тэ ровэл, и гия. Сустрикинпэ (встречается)
лэса пхурори и пхэнэла: "Соскэ ту ровэса?" А ёв пхэнэла: "Пошла ту мандыр! Ту
мирэ горёскэ на пособинэса". А ёй пхэндя: "По со ту жинэс? (По чём ты знаешь?)
Мэ, может, тэрэ горёскэ пособинава". А ёв и пхэндя: "Коли пособинэса, так мэ
тукэ дава совнакунэ тыраха" Ёй пхэндя: "Со ж адасаво?" А ёв пхэндя: "Триянда
бэрш ничим ни змустив (не принудил) о ром э ромня тэ марэл". - "О со
сы мангэ адава! Адава мэ сичас кэрава". И гия. И явья кэ ада гажи, и пхэндя:
"Добры динь тукэ!" А ёй пхэндя: "Здоров, пхурори"" - "Сыр ту живэса тырэ роморэса?
Ти шукар? Ти мардя ёв тут коли?" - "На, трианда бэрш ман ниекхвар на мардя!"
- "Мэ тукэ пхэнава, со ещё фэдыр тут авэла тэ жалинэ. Сыр явэла кхэрэ эк фэлдатыр
(с поля), тэ ту лэскэ дэ тэ хал, тэ пхэн: яв, мэ тут породава джува!
Тэ лэ тэ родэс, тэ лэ чури тэ рикир пало брэг (за пазухой). Тэ ёв тут
ещё фэдыр лэла тэ жалинэ". Ёй и гия: "Кай тыро ром дур пахинэ?" А ёй пхэндя
лакэ: "Гэн, окэдай, пэ пигонэстэ (на пегом) грэстэ, одава тукэ и примета
сари". Ёй и гия и явья кэ ёв и пхэнэла: "Парикэрав Дэвлэс"... "Шун, со мэ тукэ,
мро чаворо, пхэнава. Со явэса кхэрэ тэ дыкх: э ромны дэла тукэ тэ хал (хас?),
и пхэнэла: яв-ка, яв-ка, мэ тут породава джува" И дыкх: латэ пало брэг авэла
чури, и ёй тут, дыкх, камэл тэ зачинэл". - Ёв и гия, э грэс сохатыр вылыя и
пхэндя: "Парикирав тут, э пхурори: мэ тукэ пал адава плэскирава, со ту мангэ
адава пхэндян". И явья кхэрэ. Пхэнэла пэ ромнятэ: "Чу-ка мангэ тэ хав! Чудя
тэ хал тэ ёй и пхэндя: "Дэ-ка, джува породава!" Пасия тэ родэл: "Пиририсёв упрэ
моса". Только ёв пиририсия, и пощупиндя латэ пало брэг, и попыя э чури - и пхэнэла:
"Пэ со тукэ дава чури?" И лыя ла тэ марэл. И э пхурори джала и сустрикаить (встречает)
ла о бэнг, и лыджала лакэ о тыраха. - Пэ жердь чудя и подэла дурал. Ёй и пхэнэла,
э пхури: "Подъяв кэ мэ, мо чаворо, поближе". Ёв пхэнэла: "На, мэ, бабулэ, тутыр
дарава".
№ 40. Почему черти баб боятся (С. 204-5)
[204]
Жил мужик с бабою тридцать лет. И за все это время он ни разу ее не поколотил.
Все эти тридцать лет вокруг них черт крутился, все старался, чтобы между ними
раздор вышел. Да напрасно старался.
Заплакал черт и пустился в путь-дорогу. Повстречал он старуху. Та увидела
черта и спрашивает:
- Чего ты плачешь? Черт отвечает:
- Иди ты отсюда! Все равно тебе моему горю не помочь.
- Откуда ты знаешь? А может быть, я подсоблю твоему горю.
Черт встрепенулся:
- Если поможешь, подарю тебе золотые сапоги.
- Так в чем же дело?
- Тридцать лет никак не могу мужа подговорить, чтобы жену свою побил.
- Только и всего-то? Ну это я сейчас сделаю. Пошла старуха к бабе и говорит:
- Здравствуй.
- Здравствуй, здравствуй, старушка,- отвечает та.
- А скажи, добрая женщина, как ты со своим мужем живешь? Хорошо ли? Бил ли
он тебя когда?
- Да что ты, вот уж тридцать лет, как пальцем не тронул.
- Ну и слава богу. Ты меня слушай, я тебя научу, еще больше будет тебя жалеть.
Как с поля домой придет, ты ему сразу поесть дай, а потом скажи: "Дай, мол,
я на тебе вшей поищу". Ты вшей ищи, а за пазухой держи ножик. После этого он
еще больше тебя жалеть станет.
- Спасибо, бабушка, за науку. Так и сделаю.
- А далеко ли муж твой пашет? - спросила старуха, уходя.
[205]
- А вон там,- махнула женщина рукой,- на пегой лошадке пашет, вот тебе и
примета вся. Пошла старуха к мужику:
- Бог в помощь тебе!
- Здорово, здорово, бабушка.
- Послушай, что я тебе скажу, сынок. Как домой придешь, смотри в оба. Жена
тебе поесть даст, а потом попросит, мол, дай-ка я у тебя вшей поищу. Так вот,
у нее за пазухой будет нож, и этим ножом она тебя зарезать хочет.
Опечалился мужик. Распряг коня, соху в сторону отложил и говорит:
- Спасибо тебе, бабушка, за то, что ты мне сказала, я тебе за это заплачу.
Пришел мужик домой. Говорит жене:
- Подай мне поесть.
Та на стол накрывает и говорит:
- Дай-ка я у тебя вшей поищу. Приляг. Лег мужик, а сам тихонько у нее за пазухой
пощупал. Нащупал нож, вскочил и говорит:
- Ты зачем этот нож за пазухой держишь? - И давай ее бить.
Идет старуха по дороге, а навстречу ей черт сапоги золотые несет. Повесил
их па жердь и подает ей издалека. Старуха говорит:
- Подойди-ка поближе, деточка моя.
- Что ты, старая,- отвечает черт,- я тебя боюсь. И наутек.
Сказка № 7. Сказка о неверном приказчике (С. 12-14)
Сыр джиндя эк купцо барвало, исыс лэстэ бут ловэ. Джиндя ромняса дуй-джинэ,
и ни сыс лэстэ чавэ. Исыс лэндыр надур намастырё (монастырь), то джас
пашыл офта (7) версты, пирдал трин версты. И адо купцо кырдя мосто (пхурт):
кон на джала, то ёнэ сарэ лэс благодаринэпэ. И пхэнэла ёв пэ пэскирэстэ по мурдалэстэ
(слуга, букв. поганый): "Джа ту тэл мосто, и шун, ти на лава кон со тэ
ракирэл". И шунэла ёв, со ракирла мануш, а на жинав саво, и пхэнэла, со биянэла
ада купцоскири ромны чавэс, и со пхэнэла ада чаво, то лэс о дэвэл явэла тэ кандэл.
И явья лэскиро динари (слуга) кхэрэ, и о купцо пхэнэла: "Со шундян? Ти
ракирдя кон со?" А ёв пхэндя: "Шундём, со бияндя тири ромны чавэс и схала".
Ада купцо адо вавир пхувья, пало разны товары, и припхэндя пэскирэ динарискэ:
"Придыкх одой мирэ ромня, сыр лэла тэ биянэл!" И лыя тэ биянэл и бияндя раклорэс
и злыджия по хватера, па вавир кхэр. Одой бияндя гажи, тэ мыя о раклоро. Ёв
оддыя одо гадякэ бут ловэ, и отчиндя э раклорэскэ о васт, и закэрдя одо рат
и яндя, и чудя ада купцоскири ромнякэ адо муй - и пхэндя, со купцоскири ромны
исхыя чавэс. И чиндя одорик, ада вавир пху кэ ада купцо, со "тыри ромны бияндя
чавэс и схыя, только экх о васторо заухтылдём". Кокоро рассчитался када купцо
и гия дэ пэскири строна, эда раклорэс пэса лыя. И явья одорик и жениндяпэ, и
до раклоро уже порядочно. Ёв пасёви и ракирэла: окэ мандэ исы адасаво раклоро,
со только на мангэла э дэвлэстыр, то о дэвэл лэс кандэла. А ёй и пхэндя, лэскири
ромны: "Мэк мангэла э дэвлэс, соб ада маро садо тэ авэл рупови бэрга (гора)".
О раклоро дава мангя дэвлэс, и ятя эды лэнгири садо рупови бэрга. И ёй пхэндя:
"Нэ, дава шукар, мэк мангэла э дэвлэс, соб мэ тэ явав раняса, а ту раса". Ада
раклоро мангя э дэвлэс... "Мэк кэрла ёв, мангэла э дэвлэс, тэ явав мэ кралицаса,
а ту кралиса. (О дэвэл кэрдя, со ёв мангя.) - "Мэк мангэл дэвлэс, тэ явав мэ
Масхарьяса". А раклоро пхэндя: "Мэк явэл ёй джукляса, а ёв джуклэса". Лыя лэн
пэ шворка (поводок) и лыджия. И соса лэн корминдя (чярадя)? Э
хачкирэса жароса (вангарэса). И явья ёв да пэскиро форо и допхутяпэ,
катэ исы адасавэ купцоскиро кхэр, кай лэскири ромны э чавэс исхыя. И явья ёв
кэ да купцо и пхэндя: "Ти не можно мангэ кэ ту набутка паддыхнуть, т откхинэвав?"
И о пхэндя: "Можно!" Лэскири купцоскири ромны и, дыкхи прэ да раклэстэ, гондя
дэла. (О лакиро ди шунэла.) Ёв ракирла пэ да купцостэ: "Ти не можно тукэ тэ
кхарэс кэ пэ сари полица (полиция), тэ явэн кэ ту п обядо". Ёв прикхардя.
Кандыя лэс и бэшлэ пало скаминт. И пхучеса ада раклэстэ: "Катыр же ту сан? Ти
сы тут лыл?" (паспорт) А ёв пхэндя: "Угалёна сарэ, катыр мэ сом!" - и
пхэндя: "Подэн мирэ джуклэстэ, эдэ пири вангара!" И подынэ лэскэ цело пири вангара.
И ёв пхэндя пэ джуклэстэ: "Ха!" Ёнэ и пхэнэна: "Разве можно тэ хал о джукэл
о вангара?" А ёв и пхэнэла: "А разве можно адякэ пэскирэс чавэс тэ схал?" (Э
дай, купцоскири ромны, и шундя адава и слёзно зачудяпэ ясвэнца.) "А кадава мануш",
пэ джуклэстэ ракирла, "исыс мрэ дадэстэ адо писхарья (в работниках) и
мро дад гия адо вавир пхувья пало товары, а лэскэ припхэндя: "Ракх жэ адатрэ
мирья ромня, сыр лэла тэ биянэл!" А ёв лыя, сыр только бияндя, ёв лыя раклорэс
по вавир хватера отлыджия, а кокоро - ада савьятыр гадятыр мыя о раклоро, -
отчиндя о васт, тэ чудя адро муй купцоскирэ ромнякэ, и закэрдя адо рат, и пхэндя,
со ёй исхыя пэскирэс чавэс. Тэ мэ и сом лакиро чаво, а ява купцо исы миро дад,
- так мэ явьём акадаво само. А када джукэл мрэ-дадэскиро сыс главно само дынари.
Ти камэн, со ёв ячела манушэса?" И мангя дэвлэс, - ёв ятя манушэса. И ракирна:
"Со ту камэса лэскэ, то дава и кэр!" Ёв лэскэ простиндя пал одава,.. со ёв лэс
никатэ ни стратив (не погубил).
30. Неверный приказчик (С. 183-186)
[183]
Жил один богатый купец. Денег у него было полным-полно, Жил вдвоем с женою.
Детей у него не было.
[184]
Heподалеку от купца стоял монастырь, и ходу до него было семь верст, если
идти окольно, а напрямик - версты три, побольше. И чтобы путь сократить, построил
купец мост, пусть все ходят и благодарят его. Как-то раз говорит он своему приказчику:
- Ступай-ка ты под мост и послушай, не будет ли кто что обо мне говорить.
Так приказчик и сделал. Притаился под мостом, вдруг слышит, что кто-то говорит,
а что за человек - неизвестно, из-под моста не видать. А говорит этот человек,
что, мол, родит купеческая жена сына и будто, если что-нибудь мальчик попросит,
бог сделает это по его молитве. Приходит приказчик домой, а купец его спрашивает:
- Ну что слыхал? Не говорил ли кто и что? Приказчик отвечает:
- Слышал, будто твоя жена сына родит, а потом съест его.
Как-то раз поехал купец в другие земли за разными товарами и наказал своему
приказчику:
- Ты присматривай за моей супругой, когда она рожать будет.
Вот начались у купеческой жены роды, и родила она мальчика.
Приказчик тайком взял купеческого сына и отнес в другое место, где тоже баба
родила мальчика, да тот сразу после родов умер. Дал приказчик этой бабе много
денег, а сам отрезал у мертвого ребенка руку и ночью в купеческий дом принес
и положил спящей купеческой жене в рот. А наутро поднял всех на ноги и сказал,
что, мол, съела купчиха своего сына. Стали писать письмо купцу в дальние края,
что, мол, родила твоя жена сына, да и съела его, только одну рученьку оставила.
Рассчитался приказчик с купцом и ушел от него, отправился на свои родные земли.
А с собою мальчика прихватил. Добрался он туда, жену себе нашел. К тому времени
мальчик уже порядочно вырос.
Лежит как-то приказчик с женой и говорит:
- А ты знаешь, что мальчик у меня не простой? О чем только бога ни попросит,
тот все по его молитве сделает.
Тогда жена его и говорит:
- Пусть попросит бога, чтобы сад наш сделался серебряной горой.
[185]
Мальчик попросил бога, и сад сразу же превратился в серебряную гору. Поправилось
это жене приказчика.
- Это хорошо. Теперь пусть он попросит бога, чтобы тот сделал меня барыней,
а тебя барином.
Попросил мальчик бога, и сделался сразу приказчик барином, а жена его барыней.
- Пусть теперь мальчик попросит бога, чтобы сделалась я богородицей.
Побледнел мальчик и проговорил шепотом:
- Пусть она сделается сукою, а муж ее - кобелем. Бог сделал все, о чем его
просили. Взял тогда мальчик кобеля за поводок и повел. Через несколько дней
пришел в свой город и принялся допытываться, где такой купеческий дом, в котором
купчиха своего сына съела. Показали ему. Приходит он к купцу и говорит:
- Могу ли я у тебя остановиться? Отдохнуть у тебя могу хоть немножечко?
- Это можно! - отвечает купец. - Отдыхай, сколько хочешь.
Купеческая жена глядит на мальчика и вздыхает. Знать, почуяла ее душа родную
кровь. Мальчик говорит купцу:
- Не мог бы ты пригласить к себе всю полицию, чтобы к обеду пришли?
Пригласил купец, послушался. Вот сели все за столом и спрашивают у мальчика:
- Откуда ты взялся? Отвечает мальчик:
- А вы сами узнайте, откуда я. А потом и добавляет:
- Подайте-ка моей собаке горячих углей в горшке! Подали полный горшок с углями.
И тут мальчик приказывает собаке:
- Ешь!
- Да разве такое бывает, чтобы собака горячие угли ела?! - удивились гости.
А мальчик и говорит:
- А разве собственного сына съесть можно? Услыхала купчиха эти слова и залилась
слезами. А мальчик показал на кобеля и говорит:
- Был этот человек у моего отца в приказчиках. Поехал мой отец в чужие земли
за товаром, а ему наказал, чтобы смотрел за женой, когда та рожать станет. Едва
только родила она мальчика, как приказчик отнес ребенка
[186]
в другое место, где у бабы младенец умер. Отрезал он руку у мертвого ребенка,
положил в рот купчихе и объявил, что, мол, она своего сына съела. Так вот я
и есть этот купеческий сын! А купец этот отцом мне доводится. Я сам его нашел.
А собака эта и есть тот самый отцовский приказчик. Если захотите, так я его
снова сделаю человеком.
Попросил он бога, и приказчик стал человеком. Подошли гости к мальчику и говорят:
- Делай с этим человеком все, что ты хочешь.
- Не буду я его губить, за то прощу его, что ребенком он не погубил меня.